Бывают какие-то объекты и образы, которые на первый взгляд как будто случайно попадают в поле внимания, задерживают мой любопытствующий взгляд и уходят. Но через некоторое время вновь возвращаются, описав некий невидимый виток. Почему это происходит, не знаю. Видимо это что-то обычное человеческое, общее для всех. Желание лезть в психогенез данного явления нет – может быть, чтобы не лишать его ауры безмолвной тайны, а может быть, чтобы не умножать рациональных конструктов там, где почвы для этого недостаточно.
Вот, например, «Черный Квадрат» Казимира Малевича. Не помню, когда я впервые услышал об этой картине или впервые увидел её изображение. Сейчас только хорошо помню, что на первом курсе медакадемии я взял в качестве темы реферата именно эту картину. К картине Малевича я относился с иронией (на сознательном уровне). Мне любопытно было, почему некоторые люди с таким интересом относятся к этому «примитивному» изображению. Тогда я не догадывался, что желая вникнуть в психологию других, я прежде всего пытался понять какой-то свой бессознательный интерес…
С образом Черного Квадрата я вновь столкнулся в картине А.Кубрика «Космическая Одиссея», где фигурировали таинственные прямоугольные черные мегалиты. Возникало какое-то необычное ощущение того, что тайна навсегда остается неразгаданной, что никаких ответов за ней нет. Все что остается человеку – это только быть рядом с ней. Особенно впечатлила финальная сцена, где постаревший астронавт Боумэн тянется рукой к черному мегалиту.
Мой первый опыт в пространстве Инета общения на форуме начался с того, что я выбрал в качестве ника «Квадрат Малевича» и аватару с соответствующим изображением. Мне показалось, что такое имя с зеркальным изображением черного квадрата на белом фоне забавен тем, что напоминает Имя и Отчество и как будто нагружен информацией, но на самом деле ничего не говорит о человеке стоящим за ним. Я искренне думал, что мой выбор ника случайный...
А недавно я был на психотерапевтической группе с экзистенциальным уклоном. Одно занятие было посвящено рисованию различных аспектов жизни и смерти. Тренер озвучил последнее задание в серии картин – оно заключалось в необходимости нарисовать то, «что будет с тобой после твоей смерти». Меня это задание сразу поставило в тупик – что может нарисовать атеист? Я сидел в растерянности, но потом в голове возник образ Черного Квадрата Малевича как очень точный символ соответствующий моему материалистическому миропониманию. В сознании волной нахлынули всевозможные эмоционально окрашенные ассоциации. Черная как сапог Вселенная, возникшая в результате большого взрыва из маленькой точки… Пространство структурирующееся по определенным физическим законом… Фрактальные структуры… Материя состоящая из элементов, пронизанная ими и определяемая их структурой… Образование жизни из первоэлементов и её распад до первоэлементов… Всёму этому в моих ощущениях как-то очень гармонично соответствовал образ Черного Квадрата – ничто и нечто одновременно.
Сейчас, соединяя все эти биографические кусочки в одно, я понимаю, что каким-то образом Черный Квадрат для меня значим и совсем не так как я могу при всем своем старании это сознательно концептуализировать, как долго я бы не размышлял об образе квадрата.
Эти бессознательные ощущение и отношение невозможно вербализовать. Сколько бы мне не приходилось слышать или читать о Черном Квадрате, то ничего толком не запомнилось. Все эти геометрические измерения картины и её пропорций, анализ творчества Малевича, проведение аналогий с различными изображениями – всё это никак не резонируют с моими смутными чувствами связанными с Квадратом. Черный цвет поглощающий свет, как будто поглощает и саму рациональную конкретику.
Определенно такое мое отношение к Квадрату – это бессознательные проекции. Но если даже всё это проекции чего-то моего внутреннего, то вопрос ЧЕГО? Что можно проецировать на то, что чуждо содержанию? Мое Я абсолютно ничего не понимает в этом черном образе, оно не способно вычленить из него какой бы то ни было маломальски связный смысл. Этот образ определенно древнее и вечнее человеческого разума. И это даже не я всматриваюсь в картину, а нечто во мне всматривается. Пустота всматривается в Пустоту...